Эта книга посвящается Машеньке,

которая ничего пока не знает о любви. Не понимает пока, что двум нежным органическим существам, ебущему и ебомому, следует иметь в виду: все могло бы сложиться иначе. Ну, то есть, они вполне могли бы оказаться в иной какой-то позиции.

Скажем, один мог бы быть рекой, другой - мостом или даже бродом через эту (или даже иную) реку. Или один - часами, а другой - половиной шестого на этих (или иных каких-то) часах. Ну, или ладно, пусть будет полуночью или полуднем, если у него такие амбиции, у этого «другого»...
Или один - скрипучими качелями, а другой - ребенком на этих качелях. Или даже двумя детьми (кого-то может быть двое). Или руками (правой и левой) и кольцами на этих руках, обручальным и тем, что просто для красоты (обоих может быть двое). Или, если уж мы занялись арифметикой, троицей старичков и бутылкой портвейна (кого-то может быть трое, хоть это и нелегко).
Есть еще варианты. Их даже больше, чем нежных органических существ, ебущих и ебомых в данный момент, когда на часах 3:29 а-эм, и -27°С (кстати, кто-то может быть минусом, а кто-то - Цельсием, если угодно).
Все это написано лишь затем, чтобы Машенька поняла: быть двумя нежными органическими существами - не самое интересное, что может случиться. Но тоже, в общем, ничего, если иметь в виду, что...
Что.

Я

Какой я, оказывается, классный. Цены мне нет.

(М. Фрай)

Вымысел

Существует гипотеза, что жизнь всегда оказывается более причудливой, чем любой вымысел.

(М. Фрай)

Точно под настроение!

Пройти. Путь. До. Конца. Убиться веником!

(М. Фрай)

Про терпимость

… я – в высшей степени толерантное существо. В мире нет существа толерантнее, полагаю.
Как увижу нечто, выходящее за рамки моих сиюминутных представлений о допустимом, тут же хватаю это недопустимое дрожащими от нежности лапками и начинаю насильственно его возлюблять. Ксенофильствую до сладостной дрожи в лобных долях.
Потом отпускаю возлюбленную свою добычу на волю: беги, дружок. Плодись, инаконькое мое, размножайся. Заполняй собою мир. Утипусеньки!
Итак, я – чрезвычайно толерантное существо.
И не дай бог существу менее толерантному встретиться на моем пути. Убью голыми руками, без суда и следствия. Долго-долго буду потом пинать заскорузлыми ступнями бездыханное тело, плевать в него густой от гнева слюной и вербально злопыхательствовать.
А потому что толерантнее надо быть.
Терпимее.
Добрее.
Вот как я, например.

(Фрай М. «Книга одиночеств»)