Нужно ВСЁ
знать о человеке, так чтобы он не мог ни солгать, ни разочаровать, и,
зная всё, помнить, что в каждом скрыт ангел, на которого наросла
дьявольская маска, и надо ему помогать её преодолеть, вспомнить самого
себя. И никогда не надо ничего ни ждать, ни требовать от людей. Но ко
всему прекрасному в них радоваться, как личному дару.
Здесь были люди: такие умные, что в это невозможно поверить, и такие
тупые, что в это невозможно поверить, такие добрые, что в это невозможно поверить, и такие подлые, что в это тоже невозможно поверить.
Целовать тебя в шею, Оставаться следами Безупречного цвета Переспелой рябины. Что теперь между нами? Я не сдам, я не сгину, Мой моторчик рывками, Мой моторчик рывками Звенит.
А хозяин влюблённый, Встречи стали опасны, Эти игры для взрослых, Первобытные танцы. Что теперь между нами? Я не сдам, я не сгину, Не прошу тебя сдаться, Помогу тебя сдаться. Погибнешь.
Тишина атакует, Мы в секунде от неба. Поздно бабочкой в стёкла. Я же вижу, ты хочешь. Что теперь между нами? Никогда не забудешь Горький мёд и цунами, Горький мёд и цунами.
Туда-сюда, так-так, едва-едва - появляются ноги, потом сразу голова. И, как Афродита из пены пивной, он каждое утро рождается вновь. Какой ужасный дым, какой ужасный чад, его матери стареют, его чада кричат, он сидит на крыше, теплой, как булка хлеба, ковыряя указательным пальцем небо.
Снег идет из дырки в небесах, через дырку ему видно чьи-то белые глаза, он не ест, не спит, он слышит голоса. Такое ощущение, что за потолком, за лазурью, за глазурью, за небесным огнем кто-то постоянно шепчется о нем.
(Уо-уо-уо, ла-ла-ла, уо-уо-уо, ла-ла-ла, ибо что такое мир, когда не пир во имя Любви.)
Туда-сюда, он дожил до 25 лет, его деньги крошатся, как черствый хлеб, но этих подарков задрипанных фей еще хватает на книги и на портвейн. Какой ужасный дым, какой ужасный чад, вчера он видел во сне восьмерых волчат и по некоторым признакам он вычислил вв них восьмерых нерожденных детей своих.
Снег идет из дырки в небесах, все волчата закрывают свои серые глаза, нам пора уснуть на трижды три часа. Может быть, в какой-нибудь далекой стране, на ветренной Венере или на полной Луне, кто-то также спит и видит нас во сне.
(Уо-уо-уо, ла-ла-ла, уо-уо-уо, ла-ла-ла, ибо что такое мир, когда не пир во имя Любви.)
Снег идет буквально каждый год. Род приходит, род уходит, а снег все идет. Он пойдет, приляжет и опять пойдет.
Мне пора на покой, Я устал быть послом рок'н'ролла в неритмичной стране. Я уже не боюсь тех, кто уверен во мне.
Мы танцуем на столах в субботнюю ночь, Мы старики, и мы не можем помочь, Но мы никому не хотим мешать, Дайте счет в сберкассе, мы умчимся прочь.
Я куплю себе Arp и drum-machine, И буду писаться совсем один, С двумя-тремя друзьями, Мирно, до самых седин.
Если бы вы знали, как мне надоел скандал! Я готов уйти. Эй, кто здесь претендует на мой пьедестал? Где та молодая шпана, что сотрет нас лица земли? Ее нет, нет, нет...
Мое место под солнцем жарко как печь, Здесь хочется спать, но некуда лечь. У меня не осталось уже ничего, Что я мог или хотел бы сберечь.
И мы на полном ходу в этом странном пути, И нет дверей, куда мы могли бы войти. Забавно думать, что есть еще люди, У которых все впереди.
"Жить быстро, умереть молодым," - Это старый клич, но я хочу быть живым! Но кто-то тянет меня за язык, И там, где был дом, остается дым.
Но другого пути, вероятно, нет. Вперед - это где красный свет. Где та молодая шпана, что сотрет нас с лица земли? Ее нет, нет, нет...
Каждый из людей в принципе может
претендовать на какую-нибудь частичку бессмертия, т. е. степени
присутствия в мире после физического конца. Присутствие - пока живы твои
близкие, пока ещё помнят тебя знакомые, пока продолжает существовать
твоё дело...
Можно начинать, первый пошел. Надежды мало, гарантий нет. Я выбрал - это случилось со мной. Смените ди-джея, включите свет. Пепел падает медленно-медленно, В голове - прямое включение, Что-то поймано и потеряно. Или жизнь или увлечение.
Прячься-прячься - Опасность близко. Диско-диско, Я так люблю диско.
Думаю, что танцую, танцую и думаю, Танцую и падаю, падаю низко, Я вызываю девушек, бармен - скорую. Диско-диско, я так люблю диско.
А где она - Вечность Она пребывает в безмерности
будущего? А почему не в безмерности прошлого? Скорее всё так: живая
человеческая капелька вибрирует между двумя леденящими пустотами -
вечностью минувшего и вечностью грядущего.
Ко мне ангел седой приходил поутру. Он был болен, метался в горячем бреду. Звал меня то ли в ад, то ли в рай, Все просил - "Выбирай!"
Он обжег свои крылья в полете ко мне, Схоронил свою душу в священной золе, Равнодушие встречных глаз Принимал за отказ.
Он был добрым, он плакал, встречаясь со злом. Он хотел меня взять и укутать теплом. Я ж пред ним не открыла застывшую дверь, Я сказала ему: "Не теперь!"
Говорили потом, что он быстро старел, Черным стал, позабыв, что когда-то был бел, Что из дома, где жил ангел мой, Вышел черт вчера дикий, хромой.
Он исчез в темноте, но твердила молва, Что тащил по земле он два белых крыла. И пред тем, как в ночи пропал, Обернулся и захохотал.